Увидев второй клинок, мой и без того не грешащий щенячьим героизмом противник начал вести себя еще осторожнее - все правильно, обоеруких бойцов если и не боялись, то опасались всегда. Тем более, когда этот самый боец и с одним-то мечом только что устроил здесь образцово-показательную бойню.
И все же свою первую ошибку он совершил почти сразу же. Противника надо по умолчанию считать равным себе, это полезно для здоровья, его же, по-видимому, ввела в заблуждение моя стойка. Ну и плюс, тот стиль, в котором он дрался, был пока что не особенно распространен, да и требовал намного больше времени и таланта на освоение, чем остальные. Соответственно, он, что вполне очевидно, решил, будто я им не владею. Наивный… Взглянул бы на мой меч, что ли. После того, как я стандартно отбил стандартные же удары, а потом так же стандартно попытался атаковать, у юнца взыграло самомнение, а осторожность чуть притупилась. Обманное движение, колющий выпад… И кончик его клинка оказывается пойман теми самими стальными украшениями, которые вызывали неодобрительные смешки местных знатоков оружия. Заминка, совсем короткая, на то, чтобы освободить оружие но мне этого хватило. Парировать удар второго меча своей более короткой даггой мальчишка не сумел, к тому же я сразу шагнул вперед и влево, ставя его в неудобную позицию, и кончик левого клинка чиркнул моего противника по запястью. Чуть позже, чем нужно - он уже успел освободить свой меч, уже отдергивал руку и прыжком разрывал дистанцию, иначе лишился бы руки, но и без того получилось неплохо. Не знаю, были ли задеты крупные сосуды, однако, в любом случае, кровь текла бодро. Даже если он и не истечет ею в ближайшие минуты, и от боли в руке, и от скользящей в ладони рукояти приятного мало.
Очевидно, парень сразу же просчитал возможные последствия ранения, и сделал это не хуже меня. Дико взвыв и выплюнув короткое, грязное ругательство, он стремительно атаковал - в короткой схватке, как он считал, шансы у него еще имелись. Я думал по этому поводу несколько иначе, но, естественно, ничего не сказал. Во-первых, не видел смысла, а во-вторых, берег дыхание. Он, впрочем, тоже, но это ему не помогло, потому что сбить его он попросту не успел - схватка длилась не больше трех ударов сердца, после чего мой противник осел на землю куском ничего уже не чувствующего мяса. Продолжалась она даже чуть больше, чем я рассчитывал - все же долгие махания шпагами в стиле месье Дюма чаще всего относятся к художественному вымыслу. Реальный же бой, на мой взгляд, куда больше похож на описания действий тишком пошедшего налево мужа. Проще говоря, сунул-вынул и ушел. В общем, он умер, а я, положив на траву ненужный мне больше трофейный меч, принялся очищать свой клинок от крови, используя для этого кусок ткани, оторванный от камзола одного из трупов.
- Браво, милорд! - Эллина отсалютовала мне своим мечом, не глядя бросила его в ножны и ловко спрыгнула с коня. Судя по ее движениям и горящим от веселья глазам, адреналин в крови кипел и булькал. - Я, признаться, и не думала, что вы так лихо фехтуете.
- Это еще почему? - чуть удивленно и слегка обиженно поинтересовался я. Разумеется, не то чтобы меня волновали чьи-то подначки, не юноша бледный со взором горящим как-никак, но и к тому, что в моих способностях могут усомниться, я не привык.
- Ну… Ты же маг, а маги этим не слишком увлекаются.
- И сколько, прости, у тебя знакомых магов? Не балаганных шутов, а серьезных мастеров своего дела?
- Ну… - девушка замялась. Похоже, нуканье может скоро войти у нее в привычку. Я покровительственно усмехнулся:
- Запомни, маги отнюдь не столь беспомощны, когда дело идет к драке. Во-первых, среднестатистический маг живет раз в пять дольше столь же среднестатистического человека, а за это время и бегемота можно научить вальс танцевать. А во-вторых, большинство магов посвящает искусству владения оружием, и прочим, казалось бы, ненужным премудростям времени не меньше, чем самой магии. Дело в том, что боевые маги прекрасно знают - умение складывать заклинания не панацея, иной раз сталь надежнее. Ну а остальные, не все, конечно, но очень многие, тянутся за ними. Мне иногда кажется, - тут я хохотнул, - у них комплекс неполноценности, вот и стараются доказать всему миру и самим себе, что не трусы и не рохли. Ладно, это все лирика. Кому этих придурков добивать?
Вопрос был, кстати, весьма животрепещущим - те молокососы, что остались живы, стонали довольно громко, и это раздражало мой эстетичный слух. Да и свидетели мне были не нужны. Эллина, кстати, в этом была со мной согласна, логика наемников проста и сантиментам в ней места нет, но вот предложение заняться этим делом, равно как и вариант с "ты дорезаешь своих, а я - своих", прилива трудового энтузиазма не вызвал. Все же молодая еще, цинизм и рациональность старших товарищей не успел окончательно подавить большинство эмоций. Пришлось мне самому брать в руки один из трофейных мечей и неспешно пройтись, добивая тех, кто еще не отправился к праотцам, так сказать, естественным путем. Грязная работа, но, тем не менее, необходимая, да и, честно говоря, сочувствия к этим ублюдкам я не испытывал никакого.
Дальнейший путь мы продолжили пешком, замаскировав по мере сил место побоища. Разумеется, был соблазн взять лошадей, но, подумав, мы единодушно отвергли эту мысль. Рано или поздно щенков хватятся, найдут, и тогда двое, приехавшие на приметных лошадях будут первыми кандидатами на роль подозреваемых. Даже еще до того, как начнут нервничать, могут обратить внимание. Нет уж, лучше не бежать впереди паровоза, тем более что, по расчетам, до города оставалось ходьбы часа три-четыре, не больше.